СЛАВЯНСКИЙ МИР АЛЕКСАНДРА РИТТИХА

web_rittikh_1901Вот уже 23 года как Институт Русской Цивилизации под руководством Олега Анатольевича Платонова выпускает большую серию книг выдающихся отечественных мыслителей. Она насчитывает более 500 томов. Среди них собрания сочинений славянофилов: Ю.И. Венелина, А.Ф. Вельтмана, В.И. Ламанского, А.С. Хомякова, А.А. Гильфердинга, Н.Я Данилевского, Н.Н. Страхова, К.Н Леонтьева, О.Ф. Миллера, А.С. Будиловича, С.Ф. Шарапова и многих других.
В этом ряду почетное место занимает труд выдающегося картографа и этнографа, генерал-лейтенанта Александра Фёдоровича Риттиха, под названием «Славянский мир» (Москва, 2013). Его обсуждению посвящена наша сегодняшняя конференция.
Когда мы начали готовить эту встречу, оказалось, что в России, да и зарубежом, нет специалистов по наследию Риттиха. Историки, слависты и географы слышали о нём, но не изучали его труды, поскольку они не издавались более 100 лет. Даже в интернете, помимо кратких биографических данных об Александре Фёдоровиче, почерпнутых из дореволюционного словаря Брокгауза и Эфрона, можно найти лишь отрывочные комментарии к его картам. [1] А ведь яркая личность Риттиха и его труды заслуживают серьёзного внимания.
Александр Риттих родился в 1831 году, в Николаевскую эпоху, в семье Христиана-Фридриха Риттиха, выходца из лифляндского дворянского рода, получившего православное имя Фёдор. Риттих-старший был доктором медицины, гофмедиком, дослужившимся до чина статского советника.
Александр Фёдорович получил первое образование в Главном Инженерном училище, где за крепкие знания и прилежное поведение был оставлен для продолжения учёбы. В 1853 году он окончил специальные офицерские классы и был выпущен поручиком в должности полевого инженера. Вскоре перспективного специалиста приняли в Николаевскую Академию Генерального Штаба, где в 1858 году он завершил своё военное образование и продолжил службу семейного офицера.
Когда в 1862-1864 годах, в начале эпохи Великих реформ Императора Александра Николаевича, молодому инженеру было поручено наблюдать за постройкой и ремонтом православных церквей в Минской губернии, он отрыл там около 30 народных школ.
В этот период Риттих приобщился к картографии и составил под руководством подполковника Генерального Штаба Батюшкова по поручению Министерства внутренних дел свой первый «Атлас народонаселения Западно-Русского края по исповеданиям» (1862-64). Этот атлас, состоящий из 10 карт – одной общей и 9 губерний – выдержал несколько изданий. Он и по сей день представляет большой интерес для религиоведов. Особое внимание начинающий этнограф уделил описанию Царства Польского, которому была посвящена отдельная публикация. [2]
Находясь на службе в Казанской губернии в звании полковника Генерального штаба, а затем Начальника штаба 2-й пехотной дивизии, Риттих становится действительным членом Общества естествоиспытателей при Казанском университете, собирает материалы по этнографии края и в 1870 году публикует их в двух томах с иллюстрациями. [3]
С этих пор Александр Федорович работает уже как профессиональный картограф. Он составляет подробные описания Казанской губернии, Кавказа, а также отдельных славянских регионов: Австрии, Прибалтики, Харьковской губернии. [4]
Широко известной стала его «Этнографическая карта Европейской России», изданная в Санкт-Петербурге в 1875 году на основе статистических документов общероссийской ревизии времен Крестьянской реформы. Она была составлена по поручению Императорского Русского Географического общества под наблюдением специальной комиссии, состоявшей из лучших специалистов во главе с Петром Петровичем Семёновым-Тян-Шанским. Карта Риттиха, показывающая разными цветами 46 народов западной части нынешней России, Украины, Беларуси, Молдовы, Финляндии, Прибалтики и Закавказья, была представлена на Международном географическом конгрессе во Франции, где её удостоили высшей награды. Впервые в этнографической практике карта маркирована по лингвистическому принципу. Родственные в языковом плане народы отмечены в единой цветовой гамме. Эта уникальная работа переиздана мини-тиражом в 2008 г. издательством «Альфарет». [5]
Специально для западных европейцев Александр Федорович подытожил свои первые исследования в монографии на французском языке: «Общий обзор этнографических трудов в России за последние 30 лет». [6]
Когда разразилась Русско-турецкая война 1877-78 годов, полковник Риттих заведовал перевозкой раненых и больных с театра боевых действий на Балканах. К концу войны он стал командиром пехотной бригады, а затем дивизии.
Научная и издательская деятельность известного уже к тому времени автора не сводилась к картографии. Александр Фёдорович публиковал свои статьи в газетах и журналах, таких как «Новое Время», «Голос», «Свет», «Новости», «Русская старина». Он писал о сербско-турецкой войне, о военном быте, о племенном составе русской армии, о переселенцах, о еврейском вопросе, о новейшей статистике, о выдающихся дворянах. Его перу принадлежат биографические очерки, посвященные барону Р. М. Таубе и графу Д.А. Милютину. [7]
Особое место в биографии Риттиха занимает Славянство. Александр Федорович с большим интересом изучал историю и географию славян, читал научную и публицистическую литературу на эти темы, активно участвовал в деятельности славянофильского движения, взаимодействуя со сторонниками панславизма в Восточной Европе. Можно сказать, что Риттих сам был славяноведом правых, консервативно-монархических убеждений.
Программной работой в этом смысле стала его знаменитая книга «Славянский мир» где в 42 картах и объемном тексте обобщался опыт славяноведения за нескольких десятилетий. [8]
Монография 1885 года действительного члена Русского географического общества и Московского общества любителей естествознания, антропологии и этнографии включает, помимо упомянутых ч/б карт-схем, три цветные вкладыша: 1) «Этнографическую карту Славянского мира»; 2) подробную карту Западных и 3) Южных славян.
%d0%ba%d0%b0%d1%80%d1%82%d0%b0-%d1%81%d0%bb%d0%b0%d0%b2%d1%8f%d0%bd%d1%81%d0%ba%d0%be%d0%b3%d0%be-%d0%bc%d0%b8%d1%80%d0%b0_web
Имеется также ценное приложение: «Двойной географический словарь замечательнейших славянских урочищ». Он, кстати, был опубликован в 2002 году В.Б.Авдеевым в первом томе антологии «Русская расовая теория» [9].
О книге «Славянский мир» Риттиха, впервые переизданной Институтом Русской Цивилизации в 2013 году (за исключением больших цветных карт), стоит рассказать подробнее.
Серьезный и скрупулёзный исследователь опирается на научную базу предшественников в его специальности. Список источников на русском и западноевропейских языках указан им в конце издания (с.514-518).
Как пишет сам Риттих, особенно ценными для него были: «Славянские древности» чешского историка Павла Шафарика (он их цитирует по немецкому изданию «Slavische Alterthruemer», 1844 года, хотя русский перевод О.Бодянского был опубликован Московским Университетом еще в 1847 году); «Собрание сочинений» двойного тезки Риттиха – А.Ф. Гильфердинга (особенно по балтийским славянам); атлас старинных карт Меркатора («Weltbuch», Amsterdam, 1607).
Автор активно использовал также популярные книги по истории кн. Голицина, Карамзина, Соловьёва, Иловайского, Забелина, а также изучал специальные исследования: «Веду Словена» Верковича, «Древнейшие сказания о Кавказе» барона Услара, «Карпатскую Русь» Головацкого.
Правда, библиографические ссылки даны без указания страниц, отчего трудно проверить точность цитат или фактов.
Почему-то в обобщающей книге Риттиха нет даже упоминаний Ю.И.Венелина [10] и А.Ф.Вельтмана [11], хотя они сделали ценнейшие исторические карты Славянского мира первых веков н.э.
Книга «Славянский мир» содержит интересные сведения о братских народах: сербах, болгарах, чехах, словаках. В ней рассказывается о древних племенах ариев, венедов, скифов, кельтов, готов, гуннов. Описаны легендарные страницы истории первой славянской державы Само, Винделиции, Туматаракани. Есть биографические сюжеты, посвященные Германариху, князю Святополку, Св. Кириллу и Мефодию, кн. Владимиру. Особое внимание уделено Руси и происхождению её имени. Риттих рассказывает также о языческих верованиях наших давних предков, об их традициях и обрядах. Рисует облик русского богатыря, используя не только литературные, но также антропологические, расовые понятия. Все эти размышления сопровождаются ценными картами, которые сам автор скромно называет «географическими набросками».
В целом Риттих хороший картограф, этнограф и статист. Он профессионально владеет синхроническим методом описания фактов, то есть того, что автор имеет или видит в данный момент. Хуже у него получается с историческими описаниями и картами, где факты необходимо представить диахронически, то есть в развитии через века.
Этот главный недостаток книги виден уже в самой структуре произведения, не очень удобной для освоения и анализа. Факты даны не в хронологической последовательности, а по убыванию, большими периодами. Сначала Риттих делает привычный для этнолога обзор современного ему Славянского мира XIX века. Потом резко переходит к IX-X веку, периоду Крещения Руси и формирования русской государственности. Потом обращается к началу христианской эры и античному периоду. Наконец, географ устремляет свой взор к древнейшим истокам славянства и без точных исторических рамок указывает на Индию как прародину ариев. В каждом разделе есть экскурсы на несколько веков, отчего создается впечатление фрагментарной, мозаичной подачи материалов.
%d0%b4%d0%b2%d0%b8%d0%b6%d0%b5%d0%bd%d0%b8%d0%b5-%d1%81%d0%bb%d0%b0%d0%b2%d1%8f%d0%bd-%d0%be%d1%82-%d1%81%d0%b8%d0%bd%d0%b4%d0%b0-%d0%ba-%d0%b2%d0%b0%d0%bd%d1%83
Картографические наброски Риттиха в большинстве своём даны без указания веков, с неопределенными хронологическими рамками. Его взляд скользит от города к городу, от страны к стране, от океана к океану. Перед мысленным взором пролетают года, века, целые тысячелетия! И здесь появляется опасность искаженной перспективы, неточного масштаба, всякого рода ошибок. Как говорится: «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги».
Лейтмотивом труда Риттиха, выходца из немецкой семьи, стала тема насильственной германизации славян. Он публикует даже статистическую карту «Drang nach Osten» (с.288). Русскую экспансию на Восток, на многие тысячи километров вплоть до Тихого океана, автор оправдывает как занономерную, а продвижение нордической расы с севера на юг Европы кажется ему противоестественным, необоснованным. Но разве варяги-русь не прошли подобный по сути исторический путь: из Балтики (Варяжского или Скифского моря) до Понта (Черного или Русского моря), от Гардарики и Славии до Царьграда?
Спорной является проблема славянской прародины, первых очагов и центров славянской цивилизации. Риттих дает два варианта карты «Переселения славян из Индии в Европу», поставив знак равенства между славянами и вендами/ванами, племенами 1 тысячелетия до н.э. Родство между ними, действительно, доказано, не только на лингвистическом уровне (теория индоевропейской семьи языков), но также в генетическом плане.[12] Однако дискуссионным остаётся вопрос первоистока. Если арии и ваны/венды двигались с юго-востока на северо-запад, то почему ядро славян с незапамятных времен сложилось в центральной Европе, где уже 10-20 и даже более тысяч лет тому назад уже были древние цивилизации? Это подтверждает карта самого Риттиха под названием «Урочища древнего славянства» (с.300). Праистория человечества, вообще, не ограничивается неолитом, а уходит в глубины каменного века, понятные только опытным археологам.
%d1%81%d0%b2%d0%be%d0%b4-%d1%83%d1%80%d0%be%d1%87%d0%b8%d1%89-%d0%b4%d1%80%d0%b5%d0%b2%d0%bd%d0%b8%d1%85-%d1%81%d0%bb%d0%b0%d0%b2%d1%8f%d0%bd
Как профессиональный картограф и этнограф Александр Федорович был увлечён поиском и коллекционированием древних славянских топонимов, то есть названий градов, весей, урочищ, рек и озер, позже германизи
В этой области знания он достиг больших успехов. Чего стоит только уже упоминавшийся «Двойной географический словарь»! И всё же издание содержит некоторые лингвистические натяжки и домыслы автора. Например, находя на картах различных эпох много топонимов с корнем «буд» (Буда, Будва. Будище и т.п.) автор приходит к выводу, что это указание на древний народ «будинов», якобы предков славян. Племя будинов, действительно, существовало. Его упоминает, в частности, эллинский историк Геродот. Однако, корень «буд», скорее всего, происходит не от названия древнеславянского племени, а от глагола «будувати», то есть строить, сооружать. Отсюда украинское слово «будинок» (здание), русское «будка» и т.д.
Говоря о будущем славян, Риттих опирается на «Послание с берегов Дуная», приписываемое словаку Людовиту Штуру. Мне уже приходилось доказывать, что наиболее вероятный автор этого программного произведения священник и дипломат протоиерей М.Ф. Раевский. Как бы то ни было, критикуя демократическую теорию славянской конфедерации, которую особенно рьяно защищали в то время поляки, Риттих ссылается на авторитет словака Штура и настаивает на присоедини западных славян к монархической, православной Российской Империи с её государственным русским языком: «Только Россия – и по своей истории, и по своему современному политическому положению – может соединить в своем лоне разорванный мир славянский».[13]
В своих пафосных пророчествах наш автор опирается на ещё один, весьма характерный источник, который не назван, но очевиден по смыслу и стилю. Приведу цитату: «В историческом смысле славянство есть своего рода человеческая стихия: раз она разыграется-разбушуется, как это уже и бывало, она произведет страшное опустошение и разгром в установившемся строе жизни. Но она вместе с тем и очистит духовную атмосферу, в которой дотоле задыхалось человечество; оно обновит жизненный строй, привнеся в него новые идеи и формы». В этих строках, предсказавших революционные события 1917-1918 годов, чувствуется дух анархиста Бакунина, увлекавшегося панславизмом и германофобией. Развивая эти революционные идеи, дополненные с учётом геополитического проекта Н.Я. Данилевского, изложенного в его знаменитой работе «Россия и Европа», Риттих говорит о необходимости показать «дряхлеющему западу» положительную альтернативу развития, «освежить человечество новыми идеями и направить его на лучший путь». В этом прогрессивном движении особая роль принадлежит русскому народу как «крепкому ядру великого славянского организма». [14]
Монография «Славянский мир» была не единственной и не последней книгой Риттиха о славянстве. Выйдя в отставку в 1894 в чине генерал-лейтенанта, Александр Фёдорович продолжил исследования своей любимой темы. В конце XIX века выходят его новые работы: «Славяне на Варяжском море» (Санкт-Петербург, 1897), «Чехия и чехи» (Санкт-Петербург, 1897), «Славяно-французский конгресс в Париже в 1900 году» (Санкт-Петербург, 1899).
Обратим внимание на то, что публикация о славяно-французских отношениях вышла накануне съезда в Париже. По-видимому, Риттих был одним из его инициаторов и вдохновителей. Это предположение подтверждается соответствующей французской публикацией нашего автора 1887 года: «Чего желает Россия для Франции». [15]
В европейской геополитике генерал Риттих предвосхитил важные перемены в формировании международных военных союзов. После того, когда кайзер Германии Вильгельма II отстранил от обязанностей рейхсканцлера Отто фон Бисмарка, сторонника мира с Россией, и начал формировать стратегию наступления на Восток, в 1882 году был создан Тройственный союз, куда помимо Германии и Австро-Венгрии, вступила Италия. В 1890 году этот военный блок отказался продлить «договор о перестраховке» с Россией, в результате чего возникла качественно новая геополитическая ситуация в Европе. Российская Империя в ответ вынуждена была заключить в 1891 году оборонный союз с Францией.
Отставной генерал-лейтенант продолжал свою научно-исследовательскую и просветительскую деятельность вплоть до начала Первой мировой войны. В северной столице Империи он читал лекции по русской этнографии (1895); написал новый политико-этнографический очерк, посвященный Восточному, то есть славяно-русскому, вопросу (1898); издал книгу «Русская торговля и мореходство на Балтийском море» (Санкт-Петербург, 1896); совместно с адмиралом Александром Львовичем Бубновым составил Краткую историю Отечества, с морской точки зрения, под названием «Россия и её моря» (Санкт-Петербург, 1907).
Когда Австро-Венгрия в июле 1914 года начала боевые действия на Балканах, где долго вызревал крупный региональный кризис, и Германия объявила войну Россию, православная Империя была вынуждена обороняться в союзе с Францией и Англией, как это предвидел Риттих. И 83-летний генерал снова оказался в строю. 20 ноября того же года в газете “Македонскій Голосъ” наш автор опубликовал статью под названием „Кто такие Македонцы“? Она оказалась последней или одной из последних. Вскоре Александр Фёдорович скончался, но военные историки даже не знают точную дату его смерти. Пишут, что он умер «не ранее 1914 года». [16]
Главное наследие Риттиха – это его фундаментальные труды, исследования и карты по географии и этнологии. Однако, нельзя не упомянуть и о его прямых родовых наследниках.
Как мы знаем, Александр Федорович имел от законного брака двух детей: дочь Ольгу Александровну, родившуюся в 1861 году, и сына Александра Александровича, 1868 года рождения. О дочери нам известно лишь то, что она получила в замужестве фамилию Завалишина. Следовательно, внуков Риттиха можно искать и по этой линии. А вот о сыне Риттиха, крупном российском государственном деятеле эпохи царствования Николая Второго, мы знаем гораздо больше.
Александр Александрович получил прекрасное образование в Александровском лице, закончив его с золотой медалью в 1888 году. Свою карьеру он начал со скромного чина помощника делопроизводителя Земского отдела МВД. Затем работал секретарем директора Департамента полиции. В начале XX века молодой чиновник из генеральской семьи профессионально занимался проблемами переселенцев и землеустройства. Написал исследование «Зависимость крестьян от общины и мира» (1903). Выполнял особые поручения при Министерстве финансов. Дослужившись до чина действительного статского советника (1906), участвовал в разработке и проведении Столыпинской аграрной реформы.
В январе 1917 года, накануне Буржуазной революции в России, Риттих-младший был назначен Министром земледелия. После свержения монархии он был вынужден скрывался, но его всё равно арестовали. После освобождения Александр Александрович некоторое время жил в Одессе, а в 1919 году эмигрировал. Известно, что Риттих исполнял обязанности директора Русского банка в Лондоне, где он и умер 15 июня 1930 года. Об Александре Александровиче можно было бы рассказать значительно подробнее, но это отдельная тема. [17]
Подводя общий итог, следует подчеркнуть, что наш главный герой – генерал Александр Федорович Риттих, награжденный орденами, крестами и медалями – был свидетелем и активным участником военно-политической, научной и общественной жизни Российской Империи эпохи четырёх Государей из рода Романовых: двух Николаев и двух Александров. Его наследие: географические, этнографические и исторические карты, атласы, академические исследования и публицистические статьи, – впечатляют своим количеством и качеством. Риттиха можно считать не только профессиональным военным деятелем Российской Империи периода её расцвета, кропотливым географом и этнографом, но также геополитикам, панславистом консервативно-монархического толка. Не все его идеи бесспорны. Сын православного и обрусевшего немца всю жизнь отстаивал антигерманскую стратегию, которая была реализована в годы первой мировой войны, но привела к краху и развалу не только Германской и Австрийской, но также и Российской Империи.
Наша сегодняшняя конференция – это только очередное приближение к основательному изучению трудов Риттиха. Многое из его наследия ещё предстоит качественно издать, прокомментировать, проверить с точки зрения данных современной науки. Это дело целой академической школы, которой можно пожелать успехов.

Библиографические ссылки:

[1] Риттих Александр Фёдорович//Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона, т. XXVI, СПб, 1899, с.819
[2] «Атлас народонаселения Западно-Русского края по исповеданиям». – Санкт-Петербург, 1864; СПб, 1864; «Материалы для этнографии Царства Польского: Люблинская и Августовская губернии». – Санкт-Петербург, 1864.
[3] «Казанская губерния». — Казань, 1870. — 2 т.
[4] «Австро-Венгрия, общая статистика» (Санкт-Петербург, 1874); «Этнографическая карта славянских народностей» (Санкт-Петербург, 1874); «Материалы для этнографии России: Прибалтийский край» (Санкт-Петербург, 1875); Этнографическая карта Кавказа» (Санкт-Петербург, 1875); Карта славянских поселений в эпоху Карла Великого (Харьков, 1877); «Этнографический очерк Харьковской губернии» (Харьков, 1879).
[5] Этнографическая карта Европейской России. Составитель А.Ф.Риттих. – Репринт 1875 г. Санкт-Петербург, «Альфарет», 2008. – 19 л., 1 к. (16 л.), цв.
[6] «Apercu general des travaux ethnographiques en Russie pendant les trente dernieres annees» (Харьков, 1878),
[7] «Барон Р. М. Таубе. 1808—1812 г.» // Русская старина, 1876. — Т. 17. — № 12. — С. 842—844; «Граф Д.А. Милютин», Санкт-Петербург, 1912 год.
[8] Славянский мир: Историко-географическое и этнографическое исследование / Сост. А. Ф. Риттих. – Варшава: В. М. Истомин, 1885. – 389 с. 10 л. карт.
[9] «Русская расовая теория до 1917 года. Сборник оригинальных работ классиков под редакцией В.Б.Авдеева, т.1, Москва, 2002, с. 431-451.
[10] Венелин Ю.И. Истоки Руси и славянства / Сост., предисл. и коммент. П. В. Тулаев / Отв. ред. О. А. Платонов. — М.: Институт русской цивилизации, 2011. — 864 с.
[11] Вельтман А. Ф. Древности и сокровища российские / Сост., предисл., примеч. П. В. Тулаев / Отв. ред. О. А. Платонов. — М.: Институт русской цивилизации, 2015. — 1152 с
[12] Joseph Skulj, Jagdish C. Sharda. INDO-ARYAN AND SLAVIC AFFINITIES//Proceedings of the First International Conference “THE VENETI WITHIN THE ETHNOGENESIS OF THE CENTRAL-EUROPEAN POPULATION”, Ljubljana, 2001, p.112-122; Клёсов А. А. Происхождение славян: Очерки ДНК-генеалогии. — М.: Алгоритм, 2015. — 512 с.
[13] Риттих А. Ф. Славянский мир. Историко-географическое и этно-графическое исследование / Отв. ред. О. А. Платонов. — М.: Институт русской цивилизации, 2013, с. 513.
[14] Риттих А. Ф. Там же, с. 481
[15] «Ce que vaut la Russie pour la France», Paris, 1887.
[16] https://ru.wikipedia.org/wiki/Риттих,_Александр_Фёдорович
[17] Шилов Д. Н. Государственные деятели Российской империи. Главы высших и центральных учреждений. 1802—1917. Биоблиографический справочник. СПб, 2001. С. 570-572; Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 2001. С 202; Кривошеин К. А. Александр Васильевич Кривошеин. Судьба российского реформатора. М., 1993. С. 240.

Москва, 14 декабря 2016 года.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *